Для подлинно великих не бывает лёгкой жизни и лёгких времён. Среди бескрайнего множества нас, смертных, великие сами очерчивают своё время и своё дело, и их жизнь и время становятся трудной жизнью, трудным временем. Время своей земной жизни они очерчивают, признавая жизнь и поступки предков её границами и пограничными столбами.
Такова была жизнь Туманяна, таковы были жизни Комитаса-вардапета и Чаренца.
Так жил и действовал Нерсес Великий Аштаракеци; так очертил свою жизнь и наполнил её живым национальным содержанием великий католикос Вазген.
Какой это был прямой, ясномыслящий и бесстрашный человек, какой великий армянин, какой от рождения старший и хозяин! При его бдительном, живом присутствии можно было спокойно положить голову на подушку, простодушно уверенным, что под твой дом не подведут воду, а над головой не занесут коварный меч. Его поведение и даже само присутствие делали твоих недоброжелателей терпимыми, терпимых — друзьями и ставили тебя среди плотного множества друзей.
Отдавая кесарево кесарю, а Божие Богу, он никогда не отдалял их друг от друга, а приближал к себе и соединял в своём благодатном даре, не отчуждая тем самым от народа то, что составляет его неотъемлемую силу, — национальное единство.
За сорок лет его царствования эта раздираемая Земля, которая бесконечно даёт трещины, отдаляет нации и народы друг от друга, разделяет союзы, отсекает настоящее от прошлого, разрывает семью и церковь, — за сорок лет его благодатного царствования она ни разу не углубила свои пропасти под нашим народом и родиной. Напротив: никогда, ни в какое другое время мы не были столь единодушны и едины.
Блажен тот, кто по его примеру, как он сам — по примеру наших великих предков, станет воплощением и символом единства народа. При его властном присутствии мужчины мы останемся гордыми, как правители, сдержанными, как мужчины, стойкими, как воины, — такими, какими были при жизни Святейшего, какими делали нас его поведение и образ.
24 августа 1994 года.